предыдущая главасодержаниеследующая глава

1857

Дуб па берегу Финского залива. Карандаш. 1857. ГРМ
Дуб па берегу Финского залива. Карандаш. 1857. ГРМ

13 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

С. Петер[бург]. 20 марта 1857 (Вверху письма пометка И. В. Шишкина: «получено 31 марта отвечал 2-го апреля»)

Любезные Родители Тятинька и Маминька,

До 19 марта я был полон ожидания, (Экзамен в Академии художеств, намеченный на 29 сентября 1856 г., был перенесен на март 1857 г. Шишкин писал родителям 5 ноября 185(5 г.: «...экзамен отложен до марта или апреля и вещи все, которые должны быть на экзамене составлены в одну залу и запечатаны, дабы ничья рука не прикасалась к малейшему исправлению каких-либо недостатков» (ЦГАЛИ, ф. 917, оп. 1, ед.хр. 10, л. 24).) это было время, в которое я должен был много испытать разных ощущений, приятных и неприятных, - но, по воле всемогущего бога, день 19 марта доставил мне счастье много и долго ожидаемое, и в пылу радости извещаю вас, любезные родители, что я удостоился первой академической награды, второй серебряной медалью, за картину, (Вид из окрестностей Петербурга» (Указатель художественных произведений, выставленных в Музее Императорской Академии художеств, Спб, 1857) или «Пейзаж на Лисьем Носу» (ЦГИА, ф. 789, оп. 14, ед. хр. 29). Картина находится в ГРМ. Обстоятельный анализ ее дан в статье И. И. Пружан «Две ранние работы И. И. Шишкина» (Сообщения Государственного Русского музея. IV. М., 1956, с. 42 - 43).) написанную прошлое лето еще. Которую я писал прямо на квартире, и она (По поводу этой второй картины Шишкин сообщал родителям 28 января 1857 г.: «Теперь я тоже пишу одну вещь на выставку, и она тоже будет на экзамене, посему я в академические классы не хожу, а все сижу дома и занимаюсь...» (ЦГАЛИ, ф. 917, оп. 1, ед. хр. 10, л. 27-28).) теперь на выставке, которая с этого дня открыта. Вы не старайтесь искать суждения об них в журнальных статьях о выставке. Мои вещи еще так слабы, что не возбудят никаких толков - это еще первый шаг к чему-то.

Вероятно, вам приятно будет видеть медаль мою, которую я незамедлю вам выслать. [...]

Автограф письма И. И. Шишкина  родителям (№ 26)  с  наброском начатой картины 'Вид на острове Валааме'. Фото
Автограф письма И. И. Шишкина родителям (№ 26) с наброском начатой картины 'Вид на острове Валааме'. Фото

14 Е. Л. ОЗНОБИШИН - И. И. ШИШКИНУ

[Москва. Март - апрель 1857]

О! Вятский медведь!!!

2 сере[бряная] (Слова - «2 сере» обрамлены в овал (цифра «2» в письме написана над словом «серебряная]».)) Ивану Шишкину - какое благодарение богу, что медоточивые уста Аполлона Мотовского 2(Имеется в виду А. Н. Мокрицкий.) по оставили тебя усовершенствоваться у него...

Получил и, слава богу, закабалил душу Искусству - и помни, возврату нет. За рисунок спасибо - дорога черта твоей руки, дорога и память!

Даст бог увидимся, и, наверное, мой добрый Ваня не откажется руководить мною - хотя и бездарным юношей. Саше (А. В. Гине.) скажи, что каналья Петров (В. П. Петров.) взял его все этюды (нрзб), а живет бог его знает где.

Перов говорит от сердца спасибо. (Перов Василий Григорьевич (1834 - 1882) - известный живописец и педагог. Жанрист, портретист, автор исторических картин. Учился в Московском училище живописи и ваяния (1853-1861). Друг Шишкина.)

Петров женился.

Ну, будти здрави, яко крави, и живите в мире дружбе - ибо искусство есть чистый мир и дружба с природой.

Ваш Ознобишин.

15 К. Н. БОРНИКОВ И В. Г. ПЕРОВ - И. И. ШИШКИНУ

[Москва. Апрель 1857]

Любезнейший друг и товарищ Иван Иванович,

Поздравляю тебя с получением медали и душевно радуюсь твоим успехам, дай бог и впереди всего лучшего. Тысячу раз извиняюсь пред тобой, что ничего тебе но писал, да и признаться, что было писать решительно нечего. Все так же, как и при тебе, жил, как и теперь живу. Извини, брат, что долго тебе не высылал книги, не было случая, а как представился случай, то и послал с Шульцем (Шульц Эдуард-Вильгельм Иванович (1838-1877) - живописец. Портретист. Учился в Московском училище живописи и ваяния и в Академии художеств (до 1863). В 1868 г. получил звание классного художника первой степени.) все, какие у меня были, кроме Мертвого озера и описания Татарских народов, и те, я думаю, скоро привезу их, потому что надеюсь и сам скоро быть в Питере. Прощай, дружище. Желаю тебе встретить праздник здорово и весело. Гине, Шульцу и Тарабрииу Моньке пожелай всего лучшего. Благодарю тебя за пейзаж для меня; очень приятно иметь твою работу, да дорого и то, что вспомнил обо мне.

Остаюсь другом и товарищем твоим Константин Борников.

От Василия Перова искренняя благодарность за память и этюд Вамп присланный, Иван Иванович, этот подарок так же для меня драгоценен, как воспоминание бесед с Вами; поздравляю Вас с получением 2 медали. Уверен, что в непродолжительном времени к ней поселятся и следующие. Прощай, Иван Иванович. Желаю тебе всего прекрасного, всего, что сам можешь пожелать себе.

Прощай. Твой однокашник. В. Перов.

Р. S. Еще раз благодарю за память обо мне. [...]

16 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

С. Пет[ербург]. 17 апреля (В книге П. М. Дульского «Иван Иванович Шишкин» (Казань, 1855, с. 13) это письмо неточно датировано 2 июня. В монографии И. И. Пикулева. М., 1955, с. 208 - 19 марта.)1857

Христос воскресе, любезные Родители!

[...] Медаль мне еще из конторы не выдали. По настоящему нужно бы было получить се на Акте. Там процесс раздачи медалей торжественный, но я там не был, по причине той, что нужно было явиться туда во фраке и в белых перчатках, с шляпой в руках, а я, как вам известно, враг всего этого, то медаль моя и многих других (таких же, которых, к счастью, немало) поступила в контору Академии, в ведомство этих несносных чиновников, которые любят, чтоб их просили и кланялись, и были бы снисходительны еще кое к чему. А я на последнем не поддаюсь и не прошу, и не кланяюсь - когда я приходил за ней, то все завтра да завтра, так и тянет, и я завтра опять пойду и, быть может, получу, давно уже не был в конторе, и пришлю ее с Иваном Ивановичем. (Стахеев Иван Иванович - елабужский купец первой гильдии, торговавший мануфактурой в Москве и Сибири.)

Сначала медаль меня очень интересовала, а теперь стал очень равнодушен к ней, помыслы имею на другие более важные. Трудно сделать первый шаг, а там бог милостив [...]

17 И. И. ШИШКИН - Д. И. СТЛХЕЕВУ И А. Д. СТЛХЕЕВОЙ (Стахеева Александра Дмитриевна - вторая жена Д. И. Стахеева.)

С. Петер[бург]. 22 апреля 1857

Христос воскресе! Любезный братец Дмитрий Иванович, сестрица Александра Дмитриевна,

[...] Я от тятиньки получил письмо, из коего вижу, что вы все, слава богу, здоровы. Я им послал медаль, и Вы, братец, вероятно, с участием посмотрите, в ней часть и Ваша, да и большая. Конечно, говоря в строгом смысле, она еще небольшая рекомендация и заслуга!

Но главное, первая награда за труд и успех в труде. Получил я ее за картину, писанную с натуры вид из окрестностей Петербурга - Полдень теплого дня, в пей нужно было выразить теплоту воздуха и прозрачность его, влияние солнца па предметы - верность, сходство, портретность изображаемой природы и передать жизнь жарко дышащей натуры. (Эти слова Шишкина перекликаются с теми, которыми Н. В. Кукольник в статье «С.-Петербургская выставка в Императорской Академии художеств в 1836 году» характеризует творчество М. И. Лебедева: «Лебедев отличается от многих сохудожников, по моему мнению, творческою теплотою, особенною поэзиею своего художества; ему мало верности, сходства, портретности; он дерзает подметить и передать зрителю жизнь, биение сердца жарко дышащей натуры...» (разрядка моя. - И.Ш.). Статья опубликована в «Художественной газете», 1836, № 11-12, с. 179 - 181.) Исполнил по мере сил и воле бога - недурно,- да и молитва маминьки помогла этому, день экзамена был днем ее ангела - славно!!!

Правду сказал один известный мыслитель, что живопись есть немая, но вместе теплая, живая беседа души с природою и богом. Совершенная правда. Сверстников со мной было довольно много, но получили кроме меня еще только двое. (П. П. Джогин и А. В. Гине.) Трудно дается эта медаль, на ней много выдерживают, да еще тоже трудно получить первую золотую, т. е. последнюю академическую награду. А там уже художнику, счастливцу, наградой будет служить слава и вполне художественная, а не ученическая деятельность. Награды Академии художеств состоят из 4-х медалей.

Желая вам здоровья и благополучия, остаюсь с истинным почтением и преданностью ваш покорный слуга и брат

Иван Шишкин.

Деток ваших целую и желаю им здоровья.

18 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

С. Петербург. 22 апреля 1857

Христос воскресе!

Любезные Родители Тятинька и Маминька,

Иду в гостиницу к Ивану Ивановичу и не знаю, застану ли его - время все длилось попусту. Я наконец нашел средство взять медаль из рук чиновников, я об этом сказал своему профессору Воробьеву, и он сделал это скоро, так бы давно надо, и вот она в руках ваших. Кажется, особенного ничего нет, металл и только, а как она важна для нас художников, как ободряет, укрепляет и дает новые силы, да что говорить, вы, я думаю, поймете это. Получена она за картину с натуры, вид из окрестностей Петербурга, Полдень теплого дня. Таких медалей, т. е. второй сереб[ряной], получили пас трое, а писало на получение ее 9 человек, то остались с носом. Потом первую сер[ебряную] м[едаль] получили 2-е из 6, а потом 2-ю золотую получили 3-е, их 3-е и было, и один получил 1-ю золотую, фамилия его Богомолов. (Богомолов-Романович Александр Сафонович (1830 - 1867) - живописец. Пейзажист. Учился в Академии художеств. В 1857 г. получил большую золотую медаль за картину «Вид на острове Коневце». С 1862 г. - академик.) Он писал на Валааме, на Ладожском озере. Это только ученики по классу живописи пейзажной или ландшафтной (старое слово). Потом по классу живо[писи] исторической получили очень много, по классу батальной, народных сцен, скульптурной и по классу архитектуры. В разряде каждого класса степень медалей одна и та же; отчет Академии худож[еств] будет, я думаю, в Москов[ских] ведо[мостях] напечатан, если не сокращенный, то там будет видно подробно.

Разумеется, моя медаль ничтожна в сравнении с первой золотой, но без нее нельзя получить и золотую первую. Двойное удовольствие получить медаль и еще в день ангела любезной Маминьки, вы, верно, просили о сем бога, и он услышал молитву вашу.

Медаль же вы можете оставить у себя совсем, мне она не нужна здесь, бог поможет, то еще получим поважнее этой.

Задачу на следующий конкурс еще не задавали и не знаем, скоро ли, а ждем.

Любезный тятинька, я хочу Вас просить, да кажется Вы и обещали мне, часы карманные, и верно не откажете.

Однако такое требование может навести Вас на мысль, что вот-де, получил медаль, то и часы захотел носить - совсем нет, это бы было слишком ребячески. Л я в них буду иметь надобность, в особенности летом, занятия наши распределены на разные часы дня, и нужно работать в одни и те же часы, при солнечном свете, а то придешь па место, где пишешь, или поздно, солнце ушло, или рано - не угадаешь. Более или менее разъяснил причину просьбы.

В том письме вы говорили прочитать в Москов[ских] вед[омостях] неко[торые] №№ о Елабуге, но здесь трудно найти (нрзб), а мне из Москвы пришлют.

Письменного свидетельства на получение медали Академия своим ученикам не даст, а только числится по спискам и журналам.

Желаю быть здоровым, прошу от вас родительского благословения. Остаюсь ваш покорный слуга и сын

Иван Шишкин.

19 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

Дубки. 2 сентября 1857 (Вверху письма пометка И. В. Шишкина: «14 сентября отвечал 17-го».)

Любезные Родители Тятинька и Маминька,

Извините и простите обыкновенное начало моего письма, да иначе и нельзя, как же не писать столько времени, на что это похоже - я жестоко браню себя, браните и вы меня за такие поступки, но делать нечего, не воротишь того времени. Благодарю бога, я слава богу был здоров, занимался все лето, что называется с ожесточением, и вот уже конец лета сильно дал почувствовать, что делал страшную глупость не писать так долго.

Надо скоро уже перебираться в город, пора, холода уже здесь стоят порядочные, и из моих товарищей уже трое уехало, и со мной остались так называемые мои ученики, которые под руководством занимались. (Летом 1857 г. в Дубках вместе с Шишкиным жили П. П. Джогин, И. В. Волковский и А. В. Гине. Имена остальных не установлены. О своих учениках Шишкин писал родителям 2 июня 1857 г.: «Был у нас конкурс... Мне пришлось опять там же. Только немного подальше в Сестрорецке... и со мной как бы под покровительство или художественный надзор назначено еще двоим ученикам начинающим. Это уже настояние нашего профессора Воробьева, который со мной очень хорош... другому кому, пожалуй, не сделает этого предложения» (ЦГАЛИ, ф. 917, оп. 1, ед. хр. 10, л. 35-36).) А все-таки, и сам учитель и ученики его должны предстать на суд старших, и там уже будет результат их занятий.

Я ныне, по-видимому, занимался успешно, и есть со стороны одобрения, не знаю, что-то будет в марте.

Часы и медаль я получил давно от Воробьева, который сам мне привез в Сестрорецк. Благодарю Вас, любезный тятинька, за них, понемногу к ним привыкаю и не забываю заводить, на днях хочу идти в город напять квартиру на зиму. 30 верст пешком нам ничего не значит, мы ходим в один день туда и обратно, но при всем том, я только раз был в городе во все лето - не хочется оторваться от дела, погода же стояла все лето прекрасная, и Петербург такой скучный, в один день надоест, и не знаешь, как бы поскорее домой, да и незачем ходить, профессор посещает нас нередко.

Мы живем ведь не в самом Сестрорецке, а близ его в верстах в 4, в деревушке Дубках, место чудное, лес из дубов, саженный П[етром] Великим па берегу моря; и есть особенно отмеченные, которые им собственно посажены - колоссальные дубы.

А Сестрорецк самый не что иное, как большое село, с примесью уездного городка, но только не пашей Елабуги, в нем две церкви, одна православная паша, другая чухонская лютеранская, в нем же помещается огромный оружейный завод, мы несколько раз были в ном, удивлялись его разным машинам и прочим снарядам и также немало терпели наши уши от треску, свисту, визгу и т. п. неприятных для слуха звуков. Познакомились там с офицерами, парод скучный и праздный, заводу начало положено П[етром] Вели[ким].

Я взял па ваше имя журнал Сын отечества, теперь давно уже вы его читаете, неправда ли что хорошенький журнал, статей очень много интересных, а более всех отличается Брамбеус. («Сын отечества» - петербургский еженедельный ученый и литературный журнал (1856-1861). Издатель - А. В. Старчевский. В 1856-1858 гг. в журнале вел отдел «Листок барона Брамбеуса» Сенковский Осип (Юлиан) Иванович (1800-1858) - писатель, журналист, востоковед. Фельетоны Сенковского увлекали Шишкина своим обличительным характером.) Журнал этот в сильном ходу, он имеет до 10 тысяч подписчиков, также и приложения недурпы. Только рисунки к запискам Щедрина дрянь. (Имеются в виду «Губернские очерки» М. Е. Салтыкова-Щедрина, публиковавшиеся в 1856-1857 гг. в «Русском вестнике» и частично в «Библиотеке для чтения». В 1857 г. произведение вышло отдельным изданием. В приложениях к «Сыну отечества» 1857 г., с № 27 по 58 давались весьма невысокого качества иллюстрации к «Губернским очеркам», нарисованные П. Анненским и вырезанные на дереве Л. Серяковым, Ф. Кубло, И. Муравьевым и Куренковым.) Каков г. Салтыков. Дал знать Крутогорску, мало-мальски нам близкому. (Шишкин имеет в виду Крутоярск, под которым в «Губернских очерках» подразумевалась Вятка. Сюда в 1848 г. был выслан М. Е. Салтыков-Щедрин за «вредный образ мыслей».) Молодец. [...]

Шмелевка. Ветреный день. Акварель, карандаш. 1861. ГРМ
Шмелевка. Ветреный день. Акварель, карандаш. 1861. ГРМ

20 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

С. Петербург. 19 октября 1857 (Вверху письма пометка И. В. Шишкина: «31 октября отвечал 5-го ноября».)

Любезнейшие Родители Тятинька и Маминька,

Два письма я от вас получил и прочитал справедливые упреки за мою неаккуратность, благодарю вас за то, что они очень снисходительны. Я ждал более.

Я давно уже как приехал в Петербург и начались обычные наши зимние занятия. Результат же мой летний порядочный очень, обещает и на нонешний экзамен успех, но что бог даст, он один только знает, да еще наши профессора, которые до времени молчат, так они тверды. Но все-таки обещания лестные с языка иногда срываются. На квартире живу той же, на которой и жил прошлую зиму, так случилось, комната стояла пустая, и я, не стараясь искать квартиру новую и незнакомую, решился нанять старую, несмотря на некоторые неудобства, а в последнее время цены на квартиры страшно возвысились, да и на все страшная дороговизна - ропот порядочный хозяек и хозяев. Вам, я думаю, Брамбеус пересказывает все в своем листке Сына отечества. Знакомство ваше с Салтыковым (В 1851 г. И. В. Шишкин познакомился в Вятке с писателем, который был в то время советником губернского правления.) очень приятно и интересно, желательно бы знать, в какой силе было оно и долго ли. А Салтыков личность знаменитая, а главное он сразу встал наряду главных писателей. Не знаю, как вы, а я бы без смеха не мог смотреть на исправника и лекаря (Речь идет о персонажах «Губернских очерков» М. Е. Салтыкова-Щедрина.) и признаюсь, не без удовольствия бы на них посмотрел, таких оригинальных мошенников.

От братца я получил письмо и финансы, спасибо ему. Он удивительно добр. Мне хочется с ним увидеться в Москве, я постараюсь там быть, он будет там в ноябре. Новость приятную вы мне сообщили о закладке монастыря - большие суммы пожертвованы, а жаль, можно бы что-нибудь придумать полезнее. [...]

21 П. А. КРЫМОВ - И. И. ШИШКИНУ

Москва. 23 декабря [1857]

Здравствуй, любезный друг Иван Иванович,

Поздравляю тебя с праздником и с наступающим Новым годом. От души желаю тебе доброго здоровья, успехов в живописи и всякого благополучия.

Не знаю, получил ли мое письмо, посланное в Академию, в котором я просил о картине, и прошу тебя, Иван Иванович, сделай милость, похлопочи, о чем я тебя и лично просил, переслать картину в Москву. Ты мне обещался, за что очень благодарен и никогда не забуду твоего благодеяния. Не знаю, Иван Иванович, может быть, можно вместо с картинами наших учеников. Не знаю, попала ли она в Совет и наградили ли меня за нее? (В апреле 1858 г. П. Л. Крымов получил малую серебряную медаль за портрет с натуры (этюд старика).)

Еще уведомляю тебя, Иван Иванович, что Сергей Константинович (С. К. Зарянко.) рекомендовал меня писать портрет за 200 руб[лей] сер[ебром] под его ведением с профессора университета, величина портрета 2 арш[ина] 1/4. Я уже его начал, месяца через два просят написать. По окончании я надеюсь приехать в Петербург, и затем до свиданья, Иван Иванович, береги свое здоровье, остаюсь известный тебе Петр Алексеев Крымов.

Извини меня, Иван Иванович, что я по привычке объясняюсь с тобой не на вы, конечно, со старшим товарищем так не должно. Я принимался, но для меня это как-то дико, и позволь тебе писать как брату. Засвидетельствуй от меня, Иван Иванович, почтение вместе учившимся: Нерадовскому Ивану Диомидовичу, Клеентову, (Возможно, речь идет о Клиентове Василии Алексеевиче. Известно лишь, что он выставлял в 1868 г. в Академии художеств этюд с натуры «Старик».) Шульцу, Драбову (Драбов Александр Петрович - живописец. Учился в Московском училище живописи и ваяния, затем в Академии художеств (1857 - 1861). В 1861 г. получил звание художника третьей степени по живописи исторической. Преподавал.) и Ознобишину.

В классе у нас был совет, чтобы в неделю два раза публика ходила по билетам на выставку. Цена билета 25 к[опеек] сер[ебром]. Эта сумма полагается для бедных учеников. Выставка будет с 7 января, на праздники постараюсь увидать Мелешева, (Мелешев Петр Яковлевич (?-не ранее 1896)-живописец. Учился в Московском училище живописи и ваяния. В 1855 г. получил звание неклассного художника живописи портретной. Преподавал в гимназиях (1866-1896).) я слышал, оп пишет с жены какую-то большую картину. Из наших учеников посланы в Академию Рыпдип,6(Рыпдип Матвей Михайлович - живописец. Портретист. Учился в Московском училище живописи и ваяния. В 1858 г. получил малую серебряную медаль за этюд с натуры, в 1861 - звание свободного художника.) Перов, (На академической выставке 1858 г. демонстрировалась картина В. Г. Перова «Приезд станового на следствие» (1857), за которую он получил большую серебряную медаль.) брат инспектора, (Зарянко Василий Константинович (?-1860) -живописец. Учился в Московском училище живописи и ваяния. В 1858 г. получил звание неклассного художника за портрет.) и Истомин.

22 И. И. ШИШКИН - И. В. ШИШКИНУ И Д. Р. ШИШКИНОЙ

С. Петербург. 27 декабря 1857 (Вверху письма пометка И. В. Шишкина: «января 8-го дня 1858 года отвечал 14-го дня».)

Любезные Родители Тятинька и Маминька,

Поздравляю вас с наступающим Новым годом, желаю вам и нового счастья. Для меня проходящий 57 год был счастлив. Дай бог, чтобы следующий был одинаково хорош. Приятно и весело мне поделиться с вами в настоящее время радостью, радостью, которую мне бог послал на экзамене, бывшем 23, для этого экзамена я начал готовить вещи с начала декабря и потом должен был оставить по случаю поездки в Москву, к братцу Дмитрию Ивановичу; до того времени я занимался плохо и как-то неохотно; все что-то беспокоило, как и всегда, но тогда в особенности все эти мышления разного рода скопились. Но как повидался с братцем, поговорили и побеседовали обо всем, беседа его имеет всегда рано или поздно благодетельное влияние. Он как бы дал мне толчок, возвратившись обратно, я почувствовал и силу, и любовь к искусству и принялся с жаром и усердием. И вот в короткое время сделал настолько, что удостоился от Академии серебр[яной] медали так, как и прежде, но первую получил я за живопись (за краски), а нынче за рисунки карандашом, простым черным карандашом, довольно большого размера, 4 рисунка, (Один из этих рисунков: «Дубки под Сестрорецком» (ГТГ).) до сих пор еще никто не рисовал в Академии и никто не представлял на экзамен подобного рода рисунков. Эти рисунки так сделаны, что профессора удивились, пришли в восторг от них и назначили медаль, и чтобы выставить на выставку, которая будет в марте - отлично! Своих собратий озадачил, да главное с этого времени Советом положили и обязали всех учеников пейзажистов, чтобы каждый представлял па экзамен в каждую треть года рисунки подобного рода - вот это-то всем не по шерсти, а мне, чтоб не казаться выскочкой одному, я просил принять участие еще двоих, именно тех, которые со мной жили летом в Дубках (около Сестрорецка). (Речь идет о И. В. Волковском и А. В. Гине.) Я им обоим немного поправил и дело выиграно, они получили похвалу и благодарность. Один из этих и теперь со мной живет на квартире, мой прежний товарищ по гимназии, тоже не окончил курса, посту[пил] в Академию, человек с талантом и он пойдет вперед, фами[лия] его Гине, фами[лия] немецкая, но он чисто русский и славный человек. Теперь опять начинаем приготовляться к марту ужо красками, картину, и также и рисунки будем готовить. Я еще хочу попробовать гравировать на меди. На сих днях буду хлопотать об этом. Это тоже новое, не знаю, что будет, а попробую. А у нас в Академии в этом большой недостаток. [...]

предыдущая главасодержаниеследующая глава





© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://i-shishkin.ru/ "I-Shishkin.ru: Шишкин Иван Иванович"